Акушерство и гинекология Вопросы психологии На приеме у врача

Проблема психических нарушений при синдроме поликистозных яичников

Синдром поликистозных яичников и психические нарушения, медпросвіта
Значительная распространенность психических нарушений у больных СПКЯ женщин в условиях перехода психиатрической помощи от преимущественно медицинской к биопсихосоциальной модели определяет целесообразность введения обязательного комплексного обследования данной категории пациенток

Синдром поликистозных яичников: Психические нарушения при синдроме поликистозных яичников. Психические нарушения. Расстройства приема пищи. Расстройства сексуальной сферы. Личностные расстройства и психологические особенности. Качество жизни пациенток с синдромом поликистозных яичников. Метаболические и гормональные нарушения при СПКЯ и их связь с психическими расстройствами.

 

Актуальность изучения психических нарушений при синдроме поликистозных яичников (СПКЯ) определяется широкой распространенностью этого заболевания у женщин репродуктивного возраста, составляющей по результатам различных исследований 6–18% [41, 46, 55, 56], а также имеющимися данными о более высоком, чем у женщин без этой патологии, риске развития тревожных и депрессивных расстройств [15, 23, 24, 56, 58]. Кроме того, СПКЯ является одной из основных причин бесплодия, ассоциирован с повышением риска развития рака эндометрия, метаболических нарушений, которые в свою очередь могут являться факторами риска сердечно-сосудистых заболеваний [25, 60, 61].

СПКЯ впервые описан в 1935 году I.Stain и M.Levental [57] на примере женщин с аменореей, гирсутизмом, увеличенными яичниками мультифолликулярной структуры. Диагностика СПКЯ основывается на клинических проявлениях в комбинации с данными гормональных и ультразвуковых методов исследования. Избыток андрогенов представляется основным звеном патогенеза данного заболевания. В то же время единое мнение о критериях постановки диагноза СПКЯ не сформировано. Это связано с субъективностью методов оценок симптомов, отсутствием четких корреляций между степенью выраженности этих симптомов и уровнем андрогенемии, а также с низкой чувствительностью методов определения тестостерона в нижнем диапазоне его значений, доступных в широкой клинической практике.

Клинические решения на основе доказательной медицины

Попытки сближения точек зрения по критериям диагностики СПКЯ предпринимались неоднократно, в том числе на международной конференции Национального института здоровья (NIH) в 1990 году в Бетесде (США), где были разработаны дефиниция и диагностические критерии заболевания, применявшиеся на протяжении более 10 лет [62].

Согласно консенсусу, сформулированному экспертной группой Европейского общества репродукции и эмбриологии человека (ESHRE) и Американского общества репродуктивной медицины (ASRM) в 2003 году в Роттердаме (Нидерланды) [59], диагноз СПКЯ может быть установлен при наличии по меньшей мере двух из трех обязательных критериев: овариальная дисфункция, гиперандрогения (клиническая и/или биохимическая) и эхографические признаки поликистоза яичников. Вследствие этого выделяют четыре фенотипа заболевания: один классический фенотип, удовлетворяющий всем трем параметрам, и три неполных фенотипа, клиническая картина которых определяется двумя различными признаками. Согласно критериям, принятым Обществом по изучению гиперандрогений и СПКЯ (AE-PCOS Society) в 2006 году [14], наличие гиперандрогении является обязательным для верификации диагноза.

Синдром поликистозных яичников

Следует учесть, что перечисленные выше классификации критериев СПКЯ (NIH, ESHRE/ASRM, AE-PCOS Society) предполагают исключение других заболеваний, имеющих похожие клинические проявления.

В то же время остается без ответа вопрос, является ли гиперандрогения единственной причиной психических нарушений при СПКЯ, или они возникают под влиянием других биологических, психологических, социальных факторов.

В соответствии с концепцией М.Блейлера [1], хронически протекающие эндокринные расстройства обуславливают развитие специфических нарушений, проявляющихся снижением психической и физической активности, повышенной утомляемостью, расстройствами настроения и влечений.

На протяжении десятилетий проводились исследования, позволившие выявить взаимосвязь между дисбалансом половых гормонов и психическим состоянием пациентов.

Результаты ряда работ подтверждают участие половых гормонов в регуляции аффективной сферы [6]. Снижение уровня эстрогенов ассоциировано с более высоким уровнем депрессии у женщин, чтоподтверждает эффективность применения этих гормонов в терапии депрессий послеродового и перименопаузального периодов [27].

Имеются данные о роли половых гормонов в формировании более тяжелых форм течения расстройств шизофренического спектра [9, 26, 37, 39].

Первые работы по исследованию психического состояния пациенток с СПКЯ относятся к 90-м годам ХХ века [21, 37]. В работе W.Bruse-Jones и соавт. [21] высказано предположение, что нарушение метаболизма моноаминов может лежать в основе как СПКЯ, так и сопутствующих ему психических расстройств.

В настоящее время многие исследователи рассматривают СПКЯ не только как крайне распространенное хроническое эндокринное расстройство, но и как гетерогенное состояние с репродуктивными, метаболическими и психологическими проявлениями [55].

Большинство исследователей придерживаются точки зрения, согласно которой причины возникновения депрессий у пациенток с СПКЯ не ограничиваются их психологическими и социальными проблемами, а включают общие биологические, в частности, эндокринные механизмы развития.

Все сказанное выше определяет необходимость полипрофессионального (мультидисциплинарного) подхода к изучению СПКЯ [5, 20, 21, 29, 58].

Психические нарушения при СПКЯ

Депрессивные и тревожные расстройства

Основная часть исследований психической патологии пациенток с СПКЯ посвящена изучению распространенности расстройств аффективного спектра, причем большинство авторов приводят доказательства большей подверженности пациенток с СПКЯ расстройствам тревожного и депрессивного спектров по сравнению с пациентками без этого синдрома.

 

Расстройства приема пищи

Результаты нескольких исследований свидетельствуют о большей распространенности расстройств приема пищи среди пациенток с СПКЯ как в сравнении со здоровыми женщинами, так и с пациентками с эндокринопатиями [42, 48].

Расстройства сексуальной сферы

В соответствии с результатами исследования C.L.Benetti-Pinto и соавт. [18], женщины с СПКЯ демонстрируют худшие показатели индекса женской сексуальной функции (FSFI), особенно в вопросах возбуждения, выделения влагалищной слизи и болевых ощущений. По показателям оргазма, сексуального влечения различий выявлено не было. Связи между нарушением сексуальной функции и ИМТ также выявлено не было. Пациентки с ассоциированным с СПКЯ бесплодием, имели более выраженные нарушения сексуальной сферы.

 

Личностные расстройства и психологические особенности

В научной литературе можно найти небольшое число работ, посвященных изучению личностных особенностей женщин с СПКЯ. Полученные результаты исследования, оказались противоречивыми и не позволили сделать однозначные выводы.

Качество жизни пациенток с синдромом поликистозных яичников

Согласно опубликованным данным, больные с СПКЯ демонстрировали лучшие показатели качества жизни, связанного с физическим здоровьем, в сравнении с показателями пациентов с бронхиальной астмой, эпилепсией, сахарным диабетом, ревматоидным артритом и коронарной недостаточностью. В то же время, показатели качества жизни, связанные с психическим здоровьем, были в группе СПКЯ хуже.

Метаболические и гормональные нарушения при СПКЯ и их связь с психическими расстройствами

Большой интерес представляют работы, посвященные взаимосвязи биологических и психических проявлений СПКЯ, поиску факторов риска возникновения последних. Наибольшее число исследований направлено на изучение взаимосвязи СПКЯ и метаболических нарушений, главным образом инсулинорезистентности и повышения индекса массы тела (ИМТ). Следует, впрочем, отметить, что опубликованные по этому вопросу данные весьма противоречивы.

 

Пациенты с синдромом поликистозных яичников: Личностные расстройства и психологические особенности

Заключение

Представленные в обзоре данные свидетельствуют о безусловной медицинской и социальной значимости изучения СПКЯ. СПКЯ является широко распространенным заболеванием, ассоциирован с бесплодием, риском развития кардиометаболических нарушений, диабета II типа, онкологии. Подтверждена также связь проявлений СПКЯ с риском развития целого ряда психических расстройств. Все изложенные результаты подтверждают точку зрения, что СПКЯ является не только эндокринным расстройством, в основе которого лежит гиперандрогенемия, но гетерогенным состоянием с репродуктивными, метаболическими, психическими проявлениями.

В то же время проблема патогенеза, диагностики, лечения синдрома поликистозных яичников и сопутствующих ему психических расстройств в настоящее время остается недостаточно исследованной.

Решение этой проблемы требует применения мультидисциплинарного подхода.

Безусловно актуальным является решение задачи оказания адекватной психолого-психиатрической помощи пациенткам с СПКЯ. Большая категория сохраняющих социальную и трудовую активность пациентов с психическими расстройствами не склонна самостоятельно обращаться за психиатрической помощью, что связано с незначительной выраженностью симптоматики или с опасениями стигматизации [4]. Значительная распространенность психических нарушений у больных СПКЯ женщин в условиях перехода психиатрической помощи от преимущественно медицинской к биопсихосоциальной модели [3, 7] определяет целесообразность введения обязательного комплексного обследования данной категории пациенток с целью раннего выявления сопутствующих соматических и психических расстройств. Реализации этой задачи способствует имеющийся в нашей стране успешный опыт внедрения программ взаимодействия врачей-психиатров и врачей первичного звена здравоохранения [7, 8], позволяющий своевременно диагностировать, предотвращать неблагоприятное течение непсихотических психических расстройств.

Т.В. Довженко1, Н.А. Ильина1, Е.Э. Гродницкая2, 1Московский научно-исследовательский институт психиатрии − филиал ФГБУ «ФМИЦПН» Минздрава России, 2ГБУЗ города Москвы «Центр планирования семьи и репродукции Департамента здравоохранения города Москвы»

 

ЛИТЕРАТУРА

  1. Белкин А.И., Блейлер М. (при участии Р.Гесс). Эндокринологическая психиатрия. Штуттгарт, 1954. 498 с. (Endocrinologische Psychiatrie, M. Bleuler, Miteinem Beitrag von R.Hess, Stuttgart, Thieme, 1954) // Журнал невропатологии и психиатрии им. С.С.Корсакова. 1957. Т. LVII, № 2. С. 271–282.
  2. Бобров А.Е. Тревожные расстройства: их систематика, диагностика и фармакотерапия // Русский медицинский журнал. 2006. Т. 14, № 4. С. 328–332.
  3. Васюк Ю.А., Довженко Т.В., Школьник Е.Л., Ющук Е.Н. Депрессивные и тревожные расстройства в кардиологии. М.: Анахарсис, 2009. 200 с.
  4. Вертоградова О.П., Поляков С.Э., Довженко Т.В. и соавт. Структура пограничных расстройств депрессивного спектра // Журнал невропатологии и психиатрии им. С.С.Корсакова. 1992. Т. 92, №1. С. 103–105.
  5. Дедов И.И., Мельниченко Г.А. (Ред.). Синдром поликистозных яичников. М.: МИА, 2007. С. 84–94.
  6. Железнова Е.В., Калинин В.В. Роль половых гормонов в разви-__тии аффективных расстройств при эпилепсии у женщин // Журнал неврологии и психиатрии им. C.C.Корсакова. 2012. Т. 112, №6. С. 49–57.
  7. Краснов В.Н., Гурович И.Я. Важные направления перемен в оказании психиатрической помощи // Современные медицинские технологии. 2010. № 4. С. 38–39.
  8. Краснов В.Н., Довженко Т.В., Бобров А.Е., Старостина Е.Г. Психиатрия в первичном звене здравоохранения: новое решение старой проблемы // Социальная и клиническая психиатрия. 2013. Т. 23, № 4. С. 5–13.
  9. Матросова М.И., Горобец Л.Н. Роль половых гормонов в патофизиологии первого эпизода шизофрении // Социальная и клиническая психиатрия. 2011. Т. 21, № 4. С. 31–33.
  10. Шереметьева Е.В. Метаболические риски и психологические особенности больных при различных фенотипах синдрома поликистозных яичников: Автореф. дисс. … канд. мед. наук. М., 2012. 26 с.
  11. Adali E., Yildizhan R., Kurdoglu M. et al. The relationship between clinico-biochemical characteristics and psychiatric distress in young women with polycystic ovary syndrome // Int. Med. Res. Vol. 36, N 6. Р. 1188–1196.
  12. Algars M., Huang L., Von Holle A.F. et al. Binge eating and menstrual dysfunction // J. Psychosom. Vol. 76, N 1. Р. 19–22.
  13. Annagür B.B., Tazegül A., Uguz F. et al. Biological correlates of major depression and generalized anxiety disorder in women with polycystic ovary syndrome // J. Psychosom. Vol. 74, N 3. P. 244–247.
  14. Azziz R., Carmina E., Dewailly D. et al. Androgen Excess Society. Positions statement: criteria for defi ning polycystic ovary syndrome as a predominantly hyperandrogenic syndrome: an Androgen Excess Society guideline // J. Clin. 2006. Vol. 91, N 11. Р. 4237–4245.
  15. Barry J.A., Hardiman P.J., Saxby B.K., Kuczmierczyk A.J. Testosterone and mood dysfunction in women with polycystic ovarian syndrome compared to subfertile controls // Psychosom. 2011. Vol. 32, N 2. Р. 104–111.
  16. Barry J.A., Kuczmierczyk A.R., Hardiman P.J. Anxiety and depression in polycystic ovary syndrome: a systematic review and meta-analysis // Hum. 2011. 26, N 9. P. 2442–2451.
  17. Bazarganipour F., Ziaei S., Montazeri A. et al. Health-related quality of life and its relationship with clinical symptoms among Iranian patients with polycystic ovarian syndrome // Iran. J. Reprod. Vol. 11, N 5. Р. 371–378.
  18. Benetti-Pinto C.L., Ferreira S.R., Antunes A.Jr., Yela D.A. The infl uence of body weight on sexual function and quality of life in women with polycystic ovary syndrome // Arch. 2014.
  19. Benson S., Hahn S., Tan S. et al. Prevalence and implications of anxiety in polycystic ovary syndrome: results of an internet-based survey in Germany // Hum. 2009. 24, N 6. P. 1446–1451.
  20. Benson S., Janssen O.E., Hahn S. et al. Obesity, depression, and chronic low-grade infl ammation in women with polycystic ovary syndrome // Brain Behav. Vol. 22, N 2. P. 177–184.
  21. Bruse-Jones W., Zolese G., White P. Polycystic ovary syndrome and psychiatric morbidity // J. Psychosom. 1993. Vol. 14, N 2. P. 111–116.
  22. Coffey S., Bano G., Mason H.D. Health-related quality of life in women with polycystic ovary syndrome: a comparison with the general population using the Polycystic Ovary Syndrome Questionnaire (PCOSQ) and the Short Form-36 (SF-36) // Gynecol. 2006. 22, N 2. P. 80–86.
  23. Dokras A. Mood and anxiety disorders in women with PCOS // Steroids. 77, N 4. Р. 338–341.
  24. Dokras A., Clifton S., Futterweit W., Wild R. Increased prevalence of anxiety symptoms in women with polycystic ovary syndrome: systematic review and meta-analysis // Fertil. Vol. 97, N 1. Р. 225–230.
  25. Fearnley E.J., Marquart L., Spurdle A.B. et al. Polycystic ovary syndrome increases the risk of endometrial cancer in women aged less than 50 years: an Australian case-control study // Austr. Ovarian Cancer Study Group and Austr. National Endometrial Cancer Study Group. Cancer Causes Control. 2010. Vol. 21, N 12. Р. 2303–2308.
  26. Hafner H. Gender differences in schizophrenia // Psychoneuroendocrinology. 28, Suppl. 2. P. 17–54.
  27. Halbreich U., Kahn L.S. Role of estrogen in the aetiology and treatment of mood disorders // CNS Drugs. 15, N 10. Р. 79–817.
  28. Hashemi S., Ramezani Tehrani F. et al. Association of PCOS and its clinical signs with sexual function among Iranian women affected by PCOS // J. Sex. Med. 2014 Jul. 4.
  29. Himelein M.J., Thatcher S.S. Polycystic ovary syndrome and mental health: A review // Obstet. 2006. Vol. 61, N 11. P. 723–732.
  30. Hollinrake E., Abreu A., Maifeld M. et al. Increased risk of depressive discords in women with polycystic ovary syndrome // Fertil. Vol. 87, N 6. P. 1369–1376.
  31. Hung J.H., Hu L.Y., Tsai S.J. et al. Risk of psychiatric disorders following polycystic ovary syndrome: a nationwide population-based cohort study // PLoS One. 2014. 9, N 5. E. 97041.
  32. Jahanfar Sh., Maleki H., Mosavi A.R. Subclinical eating disorder, polycystic ovary syndrome – is there any connection between these two conditions through leptin – a twin study // Med. J. Malaysia. Vol. 60, N 4. Р. 441–446.
  33. Jedel E., Gustafson D., Waern M. et al. Sex steroids, insulin sensitivity and sympathetic nerve activity in relation to affective symptoms in women with polycystic ovary syndrome // Psychoneuroendocrinology. 36, N 10. P. 1470–1479.
  34. Jones G.L., Hall J.M., Balen A.H., Ledger W.L. Health-related quality of life measurement in women with polycystic ovary syndrome: a systematic review // Hum. Reproduction Update. 2008. 14, N 1. P. 15–25.
  35. Kerchner A., Lester W., Stuart S.P., Dokras A. Risk of depression and other mental health disorders in women with polycystic ovary syndrome: a longitudinal study // Fertil. Vol. 91, N 1. P. 207–212.
  36. Komarowska H., Stangierski A., Warmuz-Stangierska I. et al. Differences in the psychological and hormonal presentation of lean and obese patients with polycystic ovary syndrome // Neuro Endocrinol. Vol. 34, N 7. Р. 669–674.
  37. Kopala L.C., Lewine R., Good K.P. et al. Clinical features of schizophrenia in a woman with hyperandrogenism // J. Psychiat. Vol. 22, N 1. Р. 56–60.
  38. Kowalczyk R., Skrzypulec V., Lew-Starowicz Z. et al. Psychological gender of patients with polycystic ovary syndrome // Acta Obstet. 2012. Vol. 91, N 6. P. 710–714.
  39. Kulkarni J. Oestrogen – a new treatment approach for schizophrenia? // Med. J. Aust. 2009. 190, N 4. P. 37–38.
  40. Livadas S., Chaskou S., Kandaraki A.A. et al. Anxiety is associated with hormonal and metabolic profile in women with polycystic ovarian syndrome // Clin. (Oxf.). 2011. Vol. 75, N 5. Р. 698–703.
  41. March W.A., Moore V.M., Willson K.J. et al. The prevalence of polycystic ovary syndrome in a community sample assessed under contrasting diagnostic criteria // Hum. 2010. 25, N 2. P. 544–551.
  42. McCluskey S., Evans C., Lacey J.H. et al. Polycystic ovary syndrome and bulimia // Fertil. Vol. 55. P. 287–291.
  43. Michelmore K.F., Balen A.H., Dunger D.B. Polycystic ovaries and eating disorders: Are they related? // Hum. 2001. 16, N 4. P. 765–769.
  44. Milsom S.R., Nair S.M., Ogilvie C.M. et al. Polycystic ovary syndrome and depression in New Zealand adolescents // J. Pediatr. 2013. Vol. 26, N 3. P. 142–147.
  45. Moran C., Arriaga M., Rodriguez G., Moran S. Obesity differentially affects phenotypes of polycystic ovary syndrome // Int. J. Endocrinol. 2012. Article ID 317241, 7 p. http://dx.doi.org/10.1155/2012/317241
  46. Moran C., Tena G., Moran S. et al. Prevalence of polycystic ovary syndrome and related disorders in Mexican women // Gynecol. 2010. Vol. 69, N 4. P. 274–280.
  47. Morgan J., McCluskey S.E., Brunton J.N. et al. Polycystic ovarian morphology and bulimia nervosa: a 9-year follow-up study // Fertil. Vol. 77, N 5. P. 928–931.
  48. Morgan J., Scholtz S., Lacey H., Conway G. The prevalence of eating disorders in women with facial hirsutism: an epidemiological cohort study // Int. J. Eat. 2008. 41, N 5. P. 427–431.
  49. Morotti E., Persico N., Battaglia B. et al. Body imaging and sexual behavior in lean women with polycystic ovary syndrome // J. Sex. Med. 2013. 10, N 11. P. 2752–2760.
  50. Nasiri Amiri F., Ramezani Tehrani F., Simbar M. et al. Female gender scheme is disturbed by polycystic ovary syndrome: A qualitative study from Iran // J. Iran. Red. Crescent Med. J. 2014.
  51. Nasiri Amiri F., Ramezani Tehrani F., Simbar M. et al. The experience of women affected by polycystic ovary syndrome: A qualitative study from Iran // Int. J. Endocrinol.
  52. Pastore L.M., Patrie J.T., Morris W.L. et al. Depression symptoms and body dissatisfaction association among polycystic ovary syndrome women // Psychosom. Vol. 71, N 4. P. 270–276.
  53. Raphael F.J., Rodin D.A., Peattie A. et al. Ovarian morphology and insulin sensitivity in women with bulimia nervosa // Clin. (Oxf). 1995. Vol. 43, N 4. P. 451–455.
  54. Sahingöz M., Uguz F., Gezginc K., Korucu D.G. Axis I and Axis II diagnoses in women with PCOS // Gen. Hosp. 2013. 35, N 5. P. 508–511.
  55. Shorakae S., Boyle J., Teede H. Polycystic ovary syndrome: a common hormonal condition with major metabolic sequelae that physicians should know about // Intern. 2014. Vol. 44, N 8. P. 720–726.
  56. Sirmans S.M., Parish R.C., Blake S., Wang X. Epidemiology and comorbidities of polycystic ovary syndrome in an indigent population // Investig. Vol. 62, N 6. P. 868–874.
  57. Stein I.L., Leventhal M.L. Amenorrhea associated with bilateral polycystic ovaries // Am. J. Obstet. Vol. 29. P. 181–191.
  58. Tan S., Hahn S., Benson S. et al. Psychological implications of infertility in women with polycystic ovary syndrome // Hum. 2008. 23, N 9. Р. 2064–2071.
  59. The Rotterdam ESHRE/ASRM-sponsored PCOS consensus workshop group. Revised 2003 consensus on diagnostic criteria and long-term health risks related to polycystic ovary syndrome (PCOS) // Hum. 2004. 19, N 1. P. 41–47.
  60. Toulis K.A., Goulis D.G., Mintziori G. et al. Meta-analysis of cardiovascular disease risk markers in women with polycystic ovary syndrome // Hum. 2011. Vol. 17, N 6. P. 741–760.
  61. Wild R.A., Carmina E., Diamanti-Kandarakis E. et al. Assessment of cardiovascular risk and prevention of cardiovascular disease in women with the polycystic ovary syndrome: a consensus statement by the Androgen Excess and Polycystic Ovary Syndrome (AE-PCOS) Society // J. Clin. 2010. Vol. 95, N 5. P. 2038–2049.
  62. Zawadzki J.K., Dunaif A. Diagnostic criteria for polycystic ovary syndrome: towards a rational approach // Polycystic Ovary Syndrome / A.Dunaif, J.R.Givens, F.P.Haseltine, G.R.Merriam (Eds.). Boston: Blackwell Scientifi c Publications, 1992. 377–384.
  63. Zhuang J., Wang X., Xu L. et al. Antidepressants for polycystic ovary syndrome // Coch. Database Syst. Rev. 2013 May 31.

 

Комментировать

Нажмите для комментария

Мы на Facebook