Врачи отдыхают

Капля никотина убивает Альцгеймера

Журналист Дэн Хёрли в своей новой книге «Стать умнее» исследует новейшие методики совершенствования интеллекта. Автор опробовал на себе разные приемы, помогающие улучшить память и когнитивные способности, — от алгебраических упражнений до электростимуляции мозга и медицинских препаратов. ВОС публикует фрагмент из главы «Таблетки для ума и думательные шапочки», в которой Хёрли приводит научное подтверждение тому, что на наши мозги благотворно воздействует вещество с безнадежно испорченной репутацией — никотин.

Механизмы нового поколения лекарств, которые сейчас находятся в разработке, уже хорошо изучены, — сказал мне ученый Гэри Линч. — Мы достигли больших успехов в экспериментах на животных. Я думаю, что мы подошли к точке, когда можем увидеть, как эти препараты работают в организме человека — если сумеем гарантировать их полную безопасность. Но это очень и очень серьезное «если». Резервы безопасности, необходимые для усилителей когнитивных функций, должны быть очень большими. Люди ведь станут принимать эти препараты на протяжении некоторого периода — одной таблеткой никто не обойдется. Так что победителем окажется тот, кто первым представит результаты исследований, убедительно подтверждающие полную безопасность своего препарата. Вся история нейропсихиатрии говорит о том, что где-то между второй фазой исследований с участием сотни человек и третьей фазой на базе трех сотен откуда ни возьмись выскакивает ужасный монстр: вдруг оказывается, что у препарата имеется неожиданный побочный эффект. Так что все зависит от того, не наткнемся ли и мы на какого-нибудь монстра».

Что же касается препаратов, уже доступных на рынке, Линч разделял точку зрения большинства участников конференции: и аддерол, и провигил позволяют принимающим их людям лишь дольше бодрствовать и больше работать. Иными словами, они способны помочь студенту закончить начатое сочинение, но не написать его лучше. А затем мой собеседник упомянул об еще одном усилителе когнитивных функций, который он считал полезным, несмотря на отвратительную репутацию: о никотине. «Никотин имеет официально подтвержденный эффект усиления мозговой деятельности, — сказал Линч. — Я сам его принимаю, если у меня возникают трудности с написанием того или иного материала. Столкнувшись с трудностью, я начинаю жевать сигару. Меня часто спрашивают, принимал ли я какой-либо из препаратов, которые изучаю. И я всегда честно отвечаю, что мне помогает никотин».

Вернувшись домой в Нью-Джерси, я прочел десятки опубликованных за последние пять лет отчетов об исследованиях никотина на людях и животных. Все они свидетельствовали о том, что никотин — отделенный от своего вредного «дома», табака, и принимаемый в виде жевательной резинки либо трансдермального пластыря — может быть потрясающе, невероятно эффективным усилителем когнитивных функций и отличным средством для ослабления или предотвращения самых разных неврологических расстройств, в том числе болезни Паркинсона, СДВГ, синдрома Туретта и шизофрении. Кроме того, небезосновательно считается, что никотин способствует похудению. А известных науке рисков с ним связано совсем немного. Правда, что ли? Истинно так.

При всем этом — и вот тут ирония проявляется во всей своей красе — никотиновые пластыри оказались совершенно бесполезными для той самой цели, ради которой их утвердило Управление по контролю за продуктами и лекарствами США, для чего их включают в государственные программы Medicaid, продают без рецепта в аптеках, а потребители — покупа�т. Пластырь не работает как средство, помогающее бросить курить. В январе 2012 года шестилетнее проспективное исследование на базе 787 взрослых людей, недавно бросивших курить, обнаружило, что среди тех, кто использовал никотино-заместительную терапию в форме назального спрея, пластыря, жевательной резинки или ингалятора, частота долгосрочных рецидивов была такой же, как среди тех, кто эти продукты не использовал. А заядлые курильщики, которые пытались бросить курить, не прибегая к помощи психологов, переносили рецидив фактически в два раза чаще, даже если использовали никотинозаместительные продукты. «Я понимаю, что курить вредно, — говорит Марика Квик, директор Программы нейродегенеративных заболеваний SRI International некоммерческого научно-исследовательского института из калифорнийской Кремниевой долины. — Мой отец умер от рака легких. Так что мне это известно очень хорошо. Но дело не в никотине».

И все же, опубликовав около трех десятков исследований, наглядно демонстрирующих позитивное влияние никотина на мозг млекопитающих, Квик вот уже много лет сталкивается со скептицизмом и открытой враждебностью многих ее коллег-неврологов. «Вся проблема с никотином заключается лишь в том, что он присутствует в сигаретах, — сказала она мне. — Люди не способны четко разграничивать в своем разуме эти две вещи: никотин и курение. Но меня раздражают отнюдь не простые люди, а ученые. Когда я рассказываю им о результатах своих исследований, они вроде бы должны говорить: «Ого! Ничего себе!». А они заявляют: «Ну что ж, то, о чем вы говорите, может быть правдой, но что дальше-то?» Это даже не невежество. Это предвзятость и негибкость мышления». Я беседовал с Марикой Квик на ежегодной конференции Общества нейробиологов в Вашингтоне. Среди тысяч исследований, презентовавшихся в огромном выставочном зале, название ее работы сразу бросалось в глаза: «Никотин снижает индуцированную L-дигидроксифенилаланином дискинезию, воздействуя на никотиновые рецепторы β2». «Существует огромное множество источников, в которых говорится, что курение предотвращает болезнь Паркинсона, — сказала моя собеседница. — А началось все, как это часто бывает с самыми неожиданными открытиями, со случайных наблюдений».

Далее я узнал, что первый намек на возможную пользу никотина был получен в исследовании, опубликованном в 1966 году Гарольдом Каном, эпидемиологом Национальных институтов здоровья. Проанализировав данные медицинского страхования по 293658 ветеранам ВВС США, служившим в период с 1917 по 1940 год, ученый выявил четкую взаимосвязь между курением и уровнем смертности. Уже к середине 1960-х годов об этом знали все. Независимо от возраста курильщики в 11 раз больше рискуют умереть от рака легких и в 12 раз — от эмфиземы, чем некурящие. Им значительно больше грозит рак полости рта, глотки, пищевода, гортани и т. д. и т. п. Однако на фоне длиннющего ряда этих типичных «подозреваемых в убийстве» резко выделялся один нетипичный персонаж: болезнь Паркинсона. Как ни странно, оказалось, что от данного нейродегенеративного заболевания, возникающего вследствие отмирания дофаминопродуцирующих нейронов мозга, некурящие умирают по меньшей мере в три раза чаще, чем курильщики. Что же такое содержится в табаке, что уничтожает наше сердце, легкие, зубы и кожу, но каким-то образом защищает от болезни мозга? Вознамерившись ответить на этот вопрос, в 1970-х годах неврологи, в том числе Квик, обнаружили, что молекула никотина вставляется в рецепторы нейротрансмиттера ацетилхолина, словно ключ в «родной» замок. Умудрившись проскочить в двери с табличкой «Только для ацетилхолина», никотин открыл миру специальное семейство доселе неизвестных рецепторов ацетилхолина. И какое семейство! Оказалось, что никотиновые рецепторы отличаются экстраординарной способностью воздействовать на другие семейства рецепторов, ослабляя либо усиливая их функционирование. По словам психофармаколога Пола Ньюхауса, директора Центра когнитивной медицины Медицинского факультета при Университете Вандербильта, город Нэшвилль, выяснилось, что никотиновые рецепторы в головном мозге регулируют другие рецепторные системы. Если вы сонный, никотин, скорее всего, взбодрит вас; если вас что-то тревожит, он вас успокоит.

И главным нейротрансмиттером, на который воздействует никотин, является дофамин, играющий важную роль в модулировании внимания; стилей поведения, нацеленных на получение вознаграждения, наркомании и движений. Тут-то и таится разгадка тайны, почему никотин способен предотвращать двигательные расстройства вроде болезни Паркинсона. Это происходит благодаря его воздействию на дофамин. Чтобы протестировать влияние никотина, Квик начала давать его макакам-резусам с болезнью Паркинсона. Через восемь недель в своем нашумевшем отчете 2007 года, опубликованном в Annals of Neurology, исследовательница сообщила, что тремор и тики у обезьян ослабли как минимум наполовину. Еще более потрясающим было то, что, если обезьяны до этого получали стандартный препарат для лечения болезни Паркинсона, L-дигидроксифенилаланин, никотин снижал их дискинезию еще на одну треть. В настоящее время при поддержке Фонда Майкла Фокса полным ходом идут исследования никотина на людях, страдающих этим заболеванием. Другие исследования показали, что данный препарат существенно ослабляет симптомы на начальной стадии болезни Альцгеймера. Так, исследование с участием 67 человек с умеренными когнитивными нарушениями, при которых память несколько ухудшается, но принятие решений и другие мыслительные способности остаются в пределах нормы, выявило значительное улучшение внимания, памяти и скорости психомоторных функций, обусловленное приемом никотина. Отмечались также абсолютная безопасность и хорошая переносимость препарата.

«Наши открытия в полной мере согласовывались с выводами предыдущих исследований, которые показали, что никотиновая стимуляция в краткосрочной перспективе способна улучшать память, внимание и скорость реакции», — отметил Ньюхаус, возглавлявший это исследование.

Ньюхаус признает: «Результаты небольших исследований часто не подтверждаются более масштабными, но никотин, по крайней мере, очевидно представляется безопасным. И мы не заметили ни малейших признаков абстинентного синдрома. Мы не наблюдали никакого аддиктогенного потенциала при потреблении некурящими людьми никотина посредством никотинового пластыря. Это, согласитесь, обнадеживает». Это не обнадеживает; для обывательского уха это звучит на редкость странно. Никотин всегда описывали в СМИ как одно из наиболее вызывающих привыкание веществ из всех известных науке. Еще в 1987 году New York Times Magazine на весь мир заявил, что никотин аддиктивен не менее, чем героин, кокаин или амфетамины, и у большинства людей он вызывает привыкание сильнее, чем алкоголь. Но это не так. Возможно, сам табак аддиктивен не менее героина, кокаина, алкоголя и мороженого Cherry Garcia, смешанных в один гигантский безумный десерт. Но любому ученому, занимающемуся лабораторными исследованиями, известно, что заставить мышь и другое подопытное животное «подсесть» на никотин — чистый никотин — чрезвычайно трудно. В одном отчете, опубликованном в 2007 году в журнале Neuropharmacology, говорится: «Табакокурение характеризуется одним из самых высоких показателей привыкания среди наркотиков. Однако, как это ни парадоксально, при испытаниях на животных никотин проявляет себя как вещество, вызывающее лишь крайне слабое привыкание». Это же исследование, как, впрочем, и ряд других, показало, что для усиления аддикативных качеств никотина необходимы другие ингредиенты табачного дыма. Именно эти химические ингредиенты — ацетальдегид, анабазин, норникотин, анатабин и котинин — «подсаживают» людей на табак и удерживают их в таком состоянии. Одного никотина для этого мало. Но можно ли использовать никотин для усиления когнитивных функций людей, не страдающих ни болезнями Альцгеймера или Паркинсона, ни какими-либо другими нарушениями деятельности мозга?

«Насколько мне известно, как это ни странно, никотин является самым надежным усилителем когнитивных функций из всех ныне известных, — сказала мне Дженнифер Растид, профессор экспериментальной психологии из Университета Сассекса. — Усиливающие когнитивные функции эффекты никотина в нормально распределенной совокупности пользователей более сильны и жизнестойки, нежели эффекты любого другого вещества и препарата. Например, если говорить о провигиле, то доказательства его позитивного влияния на когнитивные функции далеко не так сильны, как в случае с никотином».

За последние шесть лет исследователи из Испании, Германии, Швейцарии и Дании — и, конечно, Пол Ньюхаус, работающий в Вермонте, — опубликовали более десятка исследований, подтверждающих, что прием никотина временно улучшает зрительное внимание и рабочую память и у животных, и у людей. Так, в Великобритании Растид опубликовала отчет по серии исследований, которые выявили, что никотин улучшает то, что называют проспективной памятью или памятью на намерения. Например, если мама просит вас, когда вы будете в продуктовом магазине, купить банку соленых огурцов, она ставит задачу перед вашей памятью на намерения. «Мы наглядно продемонстрировали, что никотин позитивно влияет на проспективную память, — рассказала мне Растид. — Это небольшой эффект, улучшение процентов на 15. У здорового молодого человека он практически незаметен. Но мы думаем, что эффект возникает за счет более быстрого перераспределения внимания и переключения с текущей задачи на целевую. А это уже из сферы когнитивного контроля, ибо позволяет блокировать ненужные раздражители и усиливать внимание к релевантным задачам и объектам». Понятно, все врачи и нейробиологи, у которых я брал интервью, единодушно отговаривали меня от использования никотинового пластыря в любых иных целях, кроме утвержденных Управлением по контролю за продуктами и лекарствами, то есть чтобы бросить курить (даже несмотря на то что исследования не подтверждают эффективности пластыря в этой роли), до тех пор пока масштабные исследования с участием сотен людей не установят точный и достоверный диапазон пользы и рисков этого препарата. Однако, учитывая, что безопасность никотина уже подтверждена целым рядом исследований и многие из них указывают на то, что никотин на данный момент является самым эффективным усилителем когнитивных функций из всех имеющихся на рынке, я решил проигнорировать не только их советы, но и рекомендации своего личного врача. И добавил никотиновый пластырь в свой список.

Комментировать

Нажмите для комментария

Медична виставка ГалМЕД

Мы на Facebook